Неунывающий солдат родом из журналистского фольклора

Добродушный юмор, острое словцо пронизывают поэму «Василий Тёркин». Она неспроста написана по большей части четырёхстопным хореем – самым что ни на есть «частушечным» размером. Твардовский обратился к народной манере изложения как к «правде сущей»:

Жить без пищи можно сутки,
Можно больше, но порой
На войне одной минутки
Не прожить без прибаутки,
Шутки самой немудрой.

Не прожить, как без махорки,
От бомбёжки до другой
Без хорошей поговорки
Или присказки какой.

"Василий Теркин" - это лучшее из всего написанного на войне и о войне.

К. Симонов.

Первая обложка поэмы «Василий Тёркин».

Скромное обаяние Василия Тёркина

Изначально Василий Тёркин задумывался как герой Советско-финской войны. В 1939—1940 годах Александр Твардовский работал корреспондентом газеты Ленинградского военного округа «На страже Родины». Тогда же, в соавторстве с другими писателями, им и был придуман лубочный персонаж по имени Вася Тёркин. Весной 1941-го у поэта возник замысел написать о нем большую поэму. Приступить к работе над ней Твардовский планировал летом того же года. Но жизнь распорядилась иначе, и Тёркину было суждено стать героем совсем другой войны.

Твардовский решил написать поэму о нашем русском парне, который есть в каждой роте, который каждому знаком и близок. «Война всерьёз, и поэзия должна быть всерьёз», он специально отказался от сюжета и любой конкретики в своей поэме. Он хотел, чтобы «Книга про бойца» получилась универсальной. Для автора было важно, чтобы «Василий Тёркин» был близок всем без исключения фронтовикам — и каждый читатель видел в этом произведении что-то свое.

С 4 сентября 1942 года фронтовая газета «Красноармейская правда» одну за другой помещала на своих страницах главы поэмы Твардовского. В то же время они печатались в журналах «Красноармеец» и «Знамя».

Рисунок в газете «На страже Родины» от 8 октября 1940 года

Вскоре «Правда», «Известия», «Знамя» стали перепечатывать поэму, отрывки из неё читал по радио Юрий Левитан. Когда в 1943 году Твардовский хотел закончить поэму, он получил множество писем от читателей с просьбами и даже требованиями продолжения. В итоге поэма была завершена в 1945-м. Многие фразы из неё стали крылатыми: «Нет, ребята, я не гордый, я согласен на медаль», «Не гляди, что на груди, а гляди, что впереди»… А этого удостаивается далеко не каждое произведение.

Василий Тёркин - народный герой

Герой Твардовского – это герой конкретной войны, Великой Отечественной. Вместе с тем есть в нём то, что сближает его с русским солдатом всех времён.
Образ воюющего народа, представленный в начале книги именно Тёркиным, к концу «Книги про бойца» заметно расширился. Теперь в него органично включены и главный герой, и множество эпизодических персонажей, и лирическое «я», и адресат книги — её читатель («друг и брат», по словам автора).
Важно и то, что книга завершается вовсе не оптимистическими здравицами: в финале выражено чувство вины, и сама книга посвящается памяти павших.

Tilda Publishing

Автор отдал герою всё лучшее, что имел сам, свой огромный неисчерпаемый талант и своё большое сердце, своё вдохновение, шутки и выдумки, тепло и бодрость духа.

Одно из первых изданий поэмы «Василий Тёркин». Библиотечка газеты «Красноармейская правда», 1942 год

Образ Тёркина близок фольклорному типу персонажей, своей неуязвимостью и «всеприсутствием» в самых разнообразных ситуациях он напоминает находчивого героя бытовой солдатской сказки.
Поэма имела большой успех.

Твардовский и сам читает «Тёркина» на фронте, встречается с солдатами, посещает с творческими вечерами госпитали и трудовые коллективы.

До войны ещё в помине
Был ты, Тёркин, на Руси.
Тёркин? Кто такой? А ныне
Тёркин – кто такой? –
спроси…

Писатели и поэты о "Василии Тёркине"

А вот мнение Ахматовой было таким: "Теркин? Ну да, во время войны всегда нужны легкие солдатские стишки."

Бунин пришел в полный восторг от книги: "Совершенно восхищен его талантом, - это поистине редкая книга: какая свобода, какая чудесная удаль, какая меткость, точность во всем и какой необыкновенный народный, солдатский язык - ни сучка ни задоринки, ни единого фальшивого, готового, то есть литературно-пошлого слова".

Бродский назвал произведение Твардовского "плясовая Теркина."

После войны

После войны читатели буквально завалили Твардовского письмами с просьбами продолжить «Василия Тёркина». Большинство хотело видеть героя поэмы в качестве рабочего завода или колхозного бригадира, который своим ударным трудом восстанавливает страну. Примечательно, что некоторые из писем были в стихах.

Tilda Publishing

Например, бывший фронтовик Н. Матвеев писал автору «Книги про бойца»:.

«...Но прошло четыре года,
Как настал войне отбой,
Как тебя средь нас не стало,
Что случилось, брат, с тобой?..
Может, ты ушел на стройку
Пятилетки боевой?
Но наш адрес ты ведь помнишь —
Он все тот же — полевой...
Но мы знали твой характер,
И уверены мы в том,
Что ты с нами будешь вместе
После всей войны большой
В нашей армии трудиться,
Как в семье своей родной,
Ты ей можешь пригодиться,
У тебя ведь опыт свой...»